100060, Республика Узбекистан
г. Ташкент, проспект Амира Темура, 16

(+998-71) 236-74-36, 236-73-47

Новости

Архив новостей

14-11-2016

ТРИ ШЕДЕВРА В ЭКСПОЗИЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО МУЗЕЯ ИСКУССТВ УЗБЕКИСТАНА

Заместитель директора по науке
Государственного музея искусств Узбекистана
кандидат исторических наук
Д. П. Темирходжаев

Музеи часто сравнивают с айсбергами, у которых лишь верхушка возвышается над океаном, а большая часть прячется под водой. Так и музеи показывают зрителям очень небольшую часть своих сокровищ, а основная часть коллекции хранится в запасниках. Собрание нашего музея насчитывает более 70-ти тысяч экспонатов, но для обозрения зрителей в залах выставлено лишь несколько тысяч произведений. Это коллекция европейской живописи и скульптуры, а также декоративно-прикладное искусство стран зарубежного Востока. Но главным национальным достоянием является собрание произведений искусства Узбекистана с древнейших времен до наших дней.
Я хочу познакомить вас с тремя шедеврами из постоянной экспозиции музея. Один из них – фрагмент фрески, который был передан музею после археологических раскопок в Варахше, датируется 7-м веком нашей эры. Второй – бухарский халат с золотым шитьем был выполнен придворными мастерами зардузами в XIX веке. Наконец, живописное полотно «Материнское раздумье» создано было выдающимся узбекским художником Рахимом Ахмедовым в середине прошлого столетия. Эти три произведения дают нам яркое представление о богатом культурном наследии узбекского народа, о связи времен и преемственности традиций.
Известно, что земля Узбекистана принадлежит к одному из древнейших очагов зарождения человеческой цивилизации. Государственные образования Согда, Бактрии и Хорезма были известны еще в VI веке до нашей эры. Неумолимое время сохранило для нас лишь несколько исторических памятников, свидетельствующих о расцвете культуры и искусства на земле Узбекистана в период эллинизма и раннего средневековья.
Одним из таких уникальных произведений является фрагмент настенной росписи из Варахши, древнего согдийского города-крепости в сорока километрах от Бухары, где в раннем средневековье находилась резиденция бухар-худатов — правителей Бухары. После завоевания Бухары арабами Варахша пришла в упадок и запустение и вскоре была засыпана песками. В середине ХХ века археологические раскопки вскрыли целый дворцовый комплекс с парадными залами, украшенными настенными росписями. Это были сюжеты из дворцовой жизни и сцены охоты.
Фрагмент нашей фрески, этот подлинный шедевр монументальной живописи относящийся к VII веку, представляет сцену охоты властелина Варахши на диких зверей. Неизвестный художник вполне реалистически изобразил фигуры двух охотников, восседающих на слоне и отражающих нападение леопардов. Один из охотников, очевидно бухар-худат, изображен в нарядной одежде и головном уборе, украшенном драгоценными камнями, в его ушах серьги необычной формы, руки унизаны золотыми браслетами, на груди золотые ожерелья. Перегнувшись назад, он поражает зверя копьем, причем, художнику удалось передать на его лице выражение азарта охоты. Второй, более скромно одетый, погонщик слона, закалывает поднявшегося на дыбы леопарда коротким мечом. Фигуры людей и животных полны движения, динамику происходящего подчеркивают развивающиеся концы шарфов. Рассматривая фреску, мы узнаем, какие одежды, обувь и украшения носили знатные люди в 7 веке в Варахше, каким оружием они пользовались. Мы узнаем, что близь Бухары тогда водились леопарды. Слона, очевидно, привели бухар-худату по Великому шелковому пути индийские купцы, которые в то время вели оживленную торговлю с Согдом. Попона слона выполнена из узорчатых согдийских тканей, его сбруя богато украшена золотыми подвесками и драгоценными камнями. Примечательно, что на фреске изобразительные элементы тесно соседствуют с орнаментальными мотивами: пятна на шкурах зверей и слона определенно составляют узор. А кайма в нижней части фрески живо напоминает орнамент, какой по сей день используется в декоративно-прикладном искусстве Узбекистана.
Традиции орнаментализма, заложенные в глубокой древности получили мощное развитие в средние века. Как известно, ислам запрещал изображение людей и животных, не распространяя, впрочем, этот запрет на книжную миниатюру. Это послужило толчком к созданию нескольких орнаментальных стилей в декоративном искусстве Узбекистана, основные из которых – растительный орнамент «ислими» и геометрический «гирих». Они использовались не только в оформлении майоликой, резьбой по ганчу и дереву архитектурных сооружений, но в бытовых изделиях из керамики, вышивки, чеканного металла, ювелирных украшениях, в золотом шитье и так далее. В нашей коллекции имеются уникальные образцы бухарского золотого шитья, созданные в основном в ХIХ– начале ХХ веков.
Искусство Бухарского золотого шитья имеет глубокие исторические корни. Арабы, завоевавшие Центральную Азию в восьмом веке, отмечали одежды согдийской знати из золототканых узорчатых тканей. А кастильский посланник Рью Гонзалес де Клавихо в своем дневнике путешествия ко двору правителя упоминает шитые золотом одежды и другие предметы, увиденные им на приеме у Темура.
В шестнадцатом веке, когда Бухара стала столицей узбекского государства Шейбанидов, золотое шитье получило статус придворного ремесла и к XIX веку достигло высот подлинного искусства. Для эмира и его приближенных мастера расшивали золотыми и серебряными нитями халаты, тюбетейки-кулох, чалмы, женские камзолы, пояса, сапоги-махси, конские попоны и отделывали их драгоценными камнями и блестками. Традиционно считается, что золотошвейное дело в старину являлось занятием мужчин, это не совсем так. Известно, что многие мастера передавали это искусство своим женам, дочерям, которые, работая на дому, становились умелыми золотошвеями.

В зависимости от технических приемов бухарское золотое шитье делится на несколько видов. Основные среди них «зардузи-заминдузи» — сплошная вышивка фона золотом и «зардузи-гульдузи» — узорный (цветочный) зашив. Что касается халатов с золотым шитьем, то к девятнадцатому веку исторически сложилось несколько видов композиции их оформления узором. Общим для них является орнаментальная кайма, которой обшиваются подол и полы халата, а также концы рукавов.
Мужской халат-чапан в стиле «бутадор». выполнен в дворцовой мастерской Бухарского эмира в конце XIX века. Крупные медальоны со стилизованным растительным орнаментом, вышитые по всему полю передней и задней части халата, придают особую торжественность парадному одеянию. Халаты шили из бархата, реже из шелка или шерстяного кашемира и предпочитали все оттенки красного, фиолетового, синего, зеленого цветов. Золотые нити выделывали в Бухаре или привозили из Индии и Персии. В 19 в знаменитые бухарские золотошвейные халаты, нарядные попоны для лошадей, молитвенные коврики «жой-намаз» вывозились за пределы страны, в том числе в Европу.
Еще один шедевр из собрания Государственного музея искусства — картина Рахима Ахмедова «Материнское раздумье» написана в 1956 г. Крупнейший мастер живописи Рахим Ахмедов работал в самых различных жанрах – его кисти принадлежат тематические картины, многочисленные натюрморты и пейзажи. Но приоритетным в его творчестве был портретный жанр.
Моделью для полотна «Материнское раздумье» послужила пожилая женщина из горного кишлака. Рахим Ахмедов написал ее непосредственно с натуры во дворе крестьянского дома, то есть, как это называют специалисты – на пленэре. Она сидит в тени дерева, на фоне скромного крестьянского дома. Художник мастерски передает световоздушную среду, солнечные блики на ее платье, тень от листвы дерева на ярко освещенной белой стене. Образ матери исполнен внутренней силы и достоинства, которое не смогли сломить никакие жизненные перипетии. Ее взгляд как бы погружен внутрь себя, в прошлое, в котором было и счастье и горе. Обратите внимание, как художник виртуозно написал натруженные руки матери, спокойно сложенные на коленях. Эти руки могут многое рассказать о ее жизни, наполненной тяжелой работой и неустанными хлопотами. Картина «Материнское раздумье» несомненно является шедевром живописи, Рахим Ахмедов, написал портрет конкретной женщины, но сумел раскрыть особенности национального характера и создать обобщающий символический образ многих узбекских матерей.
Трудно переоценить вклад Рахима Ахмедова в формирование и становление национальной школы живописи Узбекистана. Он был не только гениальным живописцем, но и выдающимся педагогом и воспитал целую плеяду художников, чьи работы также экспонируются в нашем музее.